Сорокин.
За вечер прочитал сборник рассказов "Сахарный Кремль" Сорокина. Я еэто уже все читал, все! И в "Норме", и в "Дне опричника", и в "Очерди", причем раньше было куда как живее и разнообразней. Отрывок из "Очереди" - совсем скука. "Письмо" тоже какое-то вяленькое, никаких огневых "ты не профессор, ты хуесор" не было. "Петрушка" только был довольно симпатичный, жалостливый, но этого как-то маловато.

Сборник концовок в "Сахарном Кремле":

Засыпает счастливым сном. И с нится ей сахарный Государь на белом коне.

Костер гаснет. Через некоторое время к спящим осторожно подходит собака, долго принюхивается, хватает с клеенки куриную кость и убегает.

Сахарный орел на языке капитана Севастьянова приятно треснул и развалился на три части.

- Пора, - произнесла она еле слышно и щелкнула ногтем по пуленепробиваемому стеклу.

- Чжангуань, - не задумываясь ответил Сан Саныч, берясь за мастерок.

Выключил свет. Подъехал к стене. Переключился на спящий режим. Синие глаза его погасли.

И неизменно ровно в 3.12 закроются двери "Счастливой Московии", чтобы в 18.00 распахнуться сызнова: добро пожаловать, гости дорогие.

- До вечера, Трофим Ильич.
- До вечера, Вера Константиновна.

Я больше никогда не буду я больше никогда не буду я больше никогда не буду.

Погосова поехала дальше, глядя вперед своими большими зелеными глазами.

Кинула стаканчик на пол, наступила на него туфелькой:
- Токмо победа!
И размашисто вышла из палатки

Ариша поправила платок и спокойным шаком направилась к подземке, туда, где в темноте в грязном воздухе уже загорелась красная буква "П".

Машут девушки ему платочками
-Будь здоров, опричник государев.

Мотоцикл уехал. Дружок перестал лаять. Саша повернула щеколду влево.
Теленок в избе замычал тонким голоском.

- Не предлагай пределов вечных, - произнес Кубасов и тихо, радостно засмеялся.